В который раз соляная кислота проливается на мои и без того воспаленные руки. Но сейчас мне больнее, чем обычно. Я бегу к раковине в лабораторной, почти плачу и думаю: «Опять обострение. Зачем я вчера ела эти дурацкие пряники на ночь? Мне же хуже!» И правда: вчера я переела сладкого, а сегодня задыхаюсь от кашля и снова вижу дерматит на руках. Никогда больше так не буду. Стоп, сколько раз я себе это говорила? 

Меня зовут Полина, мне 19 лет. Я учусь в университете на химика. Моя мечта — большая собака. Но, наверное, я никогда не смогу себе ее позволить. Потому что у меня аллергия на перхоть собак, книжную пыль, сахар и не только. Вряд ли я ее вылечу. 

Как началась болезнь?

Когда мне было три года, на теле появилась сыпь. Родители сразу повели меня к врачу. Первые пару лет такие походы были бесполезными. Меня лечили диетой — считали, что высыпания именно от еды. Запретили все продукты красного цвета. Тогда я не понимала, почему. А сейчас знаю, что такой окрас продуктам придают вещества ликопин и антоцианин. Они часто вызывают аллергическую реакцию. 

Но диета не помогала — аллергия прогрессировала. К пяти годам все мои руки и коленки были в воспалениях. И так продолжалось еще несколько лет. Дискомфорт был очевидным: как только вода попадала на очаги воспаления, я чувствовала резкую боль и жжение на коже. Сразу хотелось плакать. Я не могла даже помыться. Принимать душ помогали родители. Кожу жгло. Было больно двигаться.

На что именно у меня аллергия, я узнала, когда сдала кожные пробы. Оказалось, список внушительный — от книжной пыли и перхоти животных до домового клеща и пуха, которым набивают подушки. Все это было причиной отечности носа и аллергического кашля. Не допустить приступы помогали генеральные уборки дома. Это сложно назвать порядком. Скорее подойдет слово «стерильность».

В чем пришлось себя ограничивать?

Самые жесткие ограничения касались питания. Сахар пришлось исключить совсем: можно было лишь некоторые фрукты и кисломолочные продукты. Моя еда была пресной, однообразной, но очень полезной. Эта диета, мне, конечно, не нравилась. Из за строгих запретов пирожные, картошку фри с кетчупом и другие вкусности хотелось только больше. 

У меня были срывы. Несколько раз втайне от мамы и бабушки я таскала из шкафа «запрещенку»: конфеты, печенье, шоколадки. Один раз я своровала семь конфет и съела их за час. За страшным преступлением последовало не менее страшное наказание — приступ аллергического кашля. 

После таких эпизодов меня буквально откачивали. Ночами возле моей постели дежурили мама и бабушка. Они боялись, что я могла задохнуться, и следили, чтобы этого не случилось.

После таких «уроков» я твердо запомнила, что мне нельзя есть по семь конфет. Никогда. В подростковом возрасте я стала позволять себе максимум парочку и только в первой половине дня. А когда становилось плохо, я пила антигистаминные таблетки перед сном. Они снижали риск, что я закашляюсь ночью. Задохнуться во сне — до сих пор мой самый большой страх.

Ограничений было много, но я не слушалась врачей и маму. Наверное, потому, что никто не мог доступно объяснить, что со мной происходит. Я протестовала — нарушала «правила игры», пока не поняла, что их устанавливают не «злые» медики и родители, а мой организм. Чтобы до этого дойти, мне пришлось пережить десятки приступов аллергии и бессонные ночи. Как жаль, что я не стала выполнять рекомендации по лечению раньше. 

Как аллергия мешала в жизни?

В детстве мне было трудно. Иммунитет был слабым — я часто болела простудой. Не могла ходить в садик и заводить друзей. От этого я страдала больше всего.

Мы со сверстниками жили в разных мирах. Дети собирались во дворе большой компанией и на карманные деньги покупали в магазине шоколадки и чипсы. Представляете, как «весело» мне было в такой компании? Я просто избегала других детей. Никто и не понимал, что такое аллергия и почему я «не со всеми».

Еще из за строгой диеты я была ужасно худой. А мои «заботливые» родственники постоянно мне об этом напоминали — будто я сама виновата в худобе. На этой почве у меня сформировались комплексы.

Еще одна проблема — дерматит. Когда парни звали меня на свидания, мне было неловко держаться за руки, постоянно приходилось спрашивать: «Правда ничего, что у меня такие шершавые руки? Тебе комфортно?» 

Со временем я поняла, что реакция окружающих — это не главное. Они всегда будут пялиться и задавать неудобные вопросы. Важно то, как на мою аллергию реагирую я. Теперь я принимаю эту особенность с большой любовью и внимательно отношусь к своему телу. Если сейчас меня спросят, что с моими руками, я расскажу без стеснения. Больше никогда не стану заранее оправдываться и обращать на это внимание первой.

Как я лечилась?

Врачи выписывали бронхолитики, антигистаминные средства, мази против дерматита — все это лишь ненадолго снимало симптомы. А со временем некоторые лекарства вообще перестали помогать. Но я никого не виню. Врач, которая меня наблюдала, делала все, что могла. О лечении аллергии вообще мало что знали, особенно в моем родном городе Брянске. Всех аллергиков лечили одинаково: диетой без красных продуктов. Если это не помогало, говорили закапать в нос капли. 

Больше года назад по рекомендации знакомых я нашла другого врача. Он прописал лечение, при котором небольшое количество аллергена вводится на протяжении трех-пяти лет, чтобы организм выработал иммунитет. Я уже вижу улучшения: на руках намного меньше воспалений, а приступы кашля становятся все более редкими и не такими продолжительными.

Мне даже сказали, что аллергия может и вовсе пройти. Но я пока в это не верю. Разве такое бывает? Трудно представить, как жить без гипоаллергенной подушки, и есть все, что захочется. 

Сложно ли учиться на химическом факультете человеку с аллергией?

Не так сложно, как я себе представляла. В моей группе все знают об аллергии и помогают по учебе, когда я не могу выполнить что-то сама. Как-то раз одногруппница закончила за меня лабораторную. Тогда я в очередной раз облилась кислотой — серной. Даже после промывания рука болела. Преподаватель сделал вид, что ничего не заметил, — и принял работу. Несмотря на эти моменты, учеба мне нравится. Я еще ни разу не пожалела о выборе. 

Сейчас аллергия под контролем?

Аллергия уже не мешает мне жить. Да, я не могу выйти из дома без таблетки антигистаминного и путешествовать без набора лекарств и своей гипоаллергенной подушки. Возможно, никогда не решусь завести собаку. Но это мелочи по сравнению с тем, через что я уже прошла. Я благодарна болезни за все уроки — она сделала меня дисциплинированной, сильной, научила любить себя такой, какая я есть. И даже ежедневная уборка и частая смена постельного белья больше не «обязаловка», а мой образ жизни. 

Самый главный страх: если я решу рожать детей, они тоже будут аллергиками. В таком случае я сделаю все, чтобы они сразу понимали, что с ними происходит и почему нельзя есть по семь конфет за раз. Ну и главное — я объясню им: c аллергией можно комфортно жить.